Матери по обе стороны войны переживают боль, которую невозможно объяснить языком лозунгов. В центре материала — потеря близких, память о детях и человеческая цена конфликта. Ниже размещены исходный текст и полное видео. Боль семей становится поводом говорить о сострадании, достоинстве каждого человека и отказе от взаимной ненависти.
Содержание
В фильме есть момент, после которого я каждый раз выключаю камеру и долго сижу в тишине. На экране — стихи. Простые, почти наивные. «Плачут отцы на могилах детей. Вернись домой и прости за всё. Святые они выгнаны с рая. Небо закрыло врата от людей. Лишь ангелы смерти пьяно гуляют. Плач матерей с обоих сторон. Убитые дети мне воскресают. Глазы нет. Осеннее небо стреляет дождём. Ангелы смерти от края до края». Я не знаю, кто написал эти строки. Но я знаю, что они — правда. Потому что плач матерей с обеих сторон действительно одинаков. И это, пожалуй, самое страшное, что я понял, когда начал работать над этим фильмом.
Смотрите первую серию фильма «Миру мир»
Часть I. Правда о войне, её истоках и пути к миру.
Об авторе фильма
Автор фильма — Иван, руководитель студии «Золотая Эра», представляющий СМП Кооператив «Род». На протяжении многих лет он сотрудничает с ГКЧП СССР, АГО СССР и СМК М1.
Иван — словак и славянин, правнук партизана Словацкого национального восстания, прошедшего концентрационный лагерь. Память о предках и пережитом ими опыте занимает важное место в его обращении к зрителям.
По словам Ивана, он сам прошёл через разочарование в прежних убеждениях, но нашёл в себе силы признать, что был обманут, и начать собственное расследование. Его фильм задаёт неудобные вопросы и предлагает взглянуть на привычные события иначе, приглашая зрителя к самостоятельному осмыслению представленных материалов.
Цена войны для семей
Я сам был обманут. Я тоже верил, что Путин спасёт славян. Я тоже думал, что знаю, кто враг. Но чем больше я смотрел на лица матерей, которые хоронят своих сыновей — и русских, и украинских, — тем яснее видел: их слёзы не отличаются. Они льются из одних и тех же глаз. Они вызваны одной и той же болью. И задают они один и тот же вопрос: «За что?» В фильме я произношу фразу, которую многие зрители потом цитировали: «Слезы и тех, и других одинаковы. А пока простые люди хоронят своих сыновей, кто-то подсчитывает прибыль, деньги, газ, власть, территории, контроль».
Я не случайно вставил в фильм сцену, где звучит вопрос: «Если бы сегодня наши деды и прадеды были живы, что бы они нам сказали? Сказали бы они нам, чтобы мы убивали друг друга? Чтобы русский убивал украинца, думая о нём, что он нацист? Чтобы украинец убивал русского, думая, что он фашист и оккупант? Чтобы славяне, братья одной крови, ненавидели друг друга?» И тут же — ответ, который, как я надеюсь, слышат все: «Или твой дед посмотрел бы на тебя и сказал бы одну единственную фразу?
«Дети мои. Вы снова кому-то поверили»». Это не просто слова. Это приговор нашей доверчивости. Нашей наивности. Нашей готовности верить в «правду» с одной или с другой стороны, не задавая главного вопроса: кому это выгодно?
В фильме есть эпизод, который я монтировал с особой болью. Сатирическая сценка: два «брата» с энтузиазмом уничтожают свои страны, а голос за кадром одобряет: «Молодец, брат, продолжай уничтожать свою страну. И ты, брат, не отставай. Отлично. Продолжай в том же духе, брат». Это гротеск. Но за ним — страшная правда. Война — это бизнес. Бизнес, построенный на крови славян. И пока мы ненавидим друг друга, этот бизнес процветает. В фильме я привожу слова одного из персонажей: «Нам всё равно, сколько украинцев умрёт.
Ни гражданские лица, ни женщины, ни дети, ни солдаты. Нам всё равно. Мы такие». Это сказано от лица западных политиков. Но разве это не относится и к тем, кто разжигает войну с другой стороны? Разве они не подсчитывают прибыль так же цинично?
Я знаю, что многие из вас сейчас думают: «Это слишком просто. Это пропаганда». Но я прошу вас об одном. Не осуждайте фильм после первых минут. Дайте мне шанс показать полную картину. Потому что за всеми этими сценками, стихами и цитатами стоит нечто большее, чем просто эмоции. За этим стоит вопрос о цене. О цене, которую платят матери. О цене, которую платят дети. О цене, которую платим мы все, пока верим в «правду» с одной или с другой стороны.
Обращение к матерям
В фильме я не случайно обращаюсь к матерям, которые разрешают отправить своих детей на войну. «Для чего вы вырастили этих детей? Вы помните, как вы этого ребёнка хотели, как ждали его, как он родился, как он делал первые шаги, потом как он вырос, как он создал семью, а многие ещё не успели создать. И потом кто-то решил, что он может распоряжаться жизнями ваших детей, отправлять их на самовыдуманную войну, войну лозунгов, которая не имеет никакого смысла».
Это не риторика. Это крик. И я знаю, что этот крик слышат и в России, и в Украине. Слышат, но боятся признать. Потому что признать — значит спросить: «Кто и зачем это делает?» А задать этот вопрос — значит бросить вызов системе, которая живёт на нашей крови.
В фильме я произношу фразу, которая, надеюсь, запомнится вам: «Война кормит войну. Народы платят». Это не метафора. Это экономическая модель. Из России нефть и газ текут в Европу. Европа поставляет оружие и топливо Украине. Дроны и ракеты разрушают города обеих сторон, что снова требует больше ресурсов. Бесконечный круговой цикл. И в этом цикле нет места ни жалости, ни состраданию, ни человеческой жизни. Есть только прибыль. Есть только власть. Есть только контроль.
Я не случайно привожу в фильме слова человека, который говорит: «Ну какая война, если бы к Сталину пришли бы и сказали, давайте Гитлеру будем поставлять нефть, а то ему на танке не хватает. Зато он нам будет платить марками. Что бы Сталин с ним сделал? Понятно, что он с ним сделал бы. Берии бы отправил. Правильно. Нету войны. Есть кино для придурков». Это сказано с горькой иронией. Но за этой иронией — правда о нашей доверчивости. О нашей готовности верить в «героев», которым «по 5 миллионов заплатили». О нашей готовности идти на войну, которая не имеет никакого смысла.
В фильме есть момент, когда я задаю вопрос: «За что воевать? За что воевать, когда у нас не земли?» И сам же отвечаю: «Победа будет, если люди опомнятся и уничтожат тех, кто напал на человеческое общество. Это единственный выход». Уничтожить — не пулями. Правдой. Сознанием. Отказом участвовать в этом безумии. Я верю, что пробудить в себе силу наших предков — возможно. Они сражались против фашизма, они рисковали жизнью, чтобы мы жили в мире и свободе. Не для того, чтобы мы убивали друг друга. А для того, чтобы мы наконец остановились. И задали себе главный вопрос: кому выгодна наша ненависть?
Память, сострадание и отказ от ненависти
В фильме я произношу фразу, которую многие зрители выделили особо: «Если сегодня ты ненавидишь своего славянского брата, ты служишь именно тому, кто хочет уничтожить тебя». Это не упрёк. Это предупреждение. Потому что пока мы ненавидим друг друга, мы служим тем, кто наживается на нашей крови. Мы служим тем, кто считает нас «мёртвыми душами» в своих римских книгах. Мы служим тем, кто хочет превратить наши государства в частные корпорации, а наших детей — в активы. И пока мы этого не поймём, мы будем продолжать хоронить сыновей. И матери будут продолжать плакать. И слёзы их будут одинаковыми. И боль их будет одинаковой. И вопрос их будет одинаковым: «За что?»
Я не даю готовых ответов. Я лишь показываю путь. В фильме звучит вопрос: «Победа будет, если люди опомнятся и уничтожат тех, кто напал на человеческое общество. Это единственный выход». Я верю в это. Я верю, что мы можем опомниться. Я верю, что мы можем остановиться. Я верю, что мы можем вспомнить, кто мы есть на самом деле. Не «персоны» в чужих банковских книгах. Не «мёртвые души». Не «активы». А народ. Народ-победитель. Народ, который имеет право на свою землю, на своё будущее, на свою жизнь.
В следующей статье я расскажу о том, как эта система развалила СССР. О Гарвардском проекте, о группе Z, о предательстве элит. О том, как народ-победитель был превращён в должника. И о том, что мы можем с этим сделать. Потому что правда без действия — ничто. А действие начинается с понимания.
Продолжение следует. В следующей статье — «Как развалили СССР: Гарвардский проект, группа Z и предательство элит».
Матери по обе стороны войны: 3 вопроса о сострадании
Почему важно говорить о конкретных судьбах?
Матери по обе стороны войны напоминают, что за общими цифрами стоят имена, семьи и несбывшиеся планы. Потеря близких требует бережного отношения к памяти и личному переживанию горя.
Как обсуждать боль без соревнования потерь?
Боль семей не становится меньше от сопоставления с чужим горем. Сочувствие одному человеку не требует отказа в сочувствии другому; разговору помогают уважение и внимание к словам.
Что даёт гуманитарный взгляд на происходящее?
Цена войны включает последствия для гражданских людей. Материалы МККК ниже помогают познакомиться с темой их защиты и отделить человеческую помощь от политической полемики.
Документы и материалы для самостоятельного изучения
Справочный источник ниже приведён для сопоставления терминов и исторического контекста. Он не является подтверждением всех утверждений фильма. Оценки и гипотезы в исходном рассказе требуют самостоятельной проверки.
Другие материалы на сайте: История Союза и Медиа.
