Академия Гражданской Обороны СССР продолжает исследование происхождения российского гражданства. В новом материале рассматриваются изменение наименования РСФСР, закон от 17 июня 1993 года №5206 и автоматическая замена слов «РСФСР» на «Российская Федерация» в законодательстве о гражданстве. Академия приходит к выводу, что редакторская подмена наименований не могла создать новый правовой статус и прекратить гражданство СССР.
Вопрос о переходе от советского к российскому гражданству обычно представляется как уже завершённый исторический процесс: государство изменило название, законодательство было приведено к новым реалиям, а граждане автоматически получили иной статус.
Академия Гражданской Обороны СССР последовательно оспаривает такую упрощённую схему.
В лекции №53 период 1991–1993 годов рассматривается не как последовательное и юридически бесспорное оформление нового гражданства, а как цепочка актов, каждый из которых требует самостоятельной проверки на предмет компетенции, принятия, регистрации, публикации и вступления в силу.
Центральный тезис Академии заключается в том, что изменение названия государства и замена терминов в тексте закона сами по себе не решают вопрос о правовой принадлежности человека.
Переименование не равнозначно учреждению нового гражданства, а употребление слов «Российская Федерация» не доказывает автоматического прекращения гражданства СССР.
Почему нельзя начинать с нового названия
Академия предлагает рассматривать события в строгой хронологической последовательности.
Прежде чем анализировать закон о российском гражданстве, необходимо установить, когда и на каком основании возникло соответствующее наименование государства, каким актом оно было введено и обладал ли этот акт необходимой юридической силой.
Если пропустить этот этап, дальнейшая аргументация оказывается построенной на заранее принятой посылке: сначала новое название признаётся действительным, а затем все связанные с ним документы толкуются как автоматически законные.
Для Академии такой подход неприемлем. Наименование государства не может быть простой технической деталью, поскольку оно непосредственно связано с определением правопреемства, компетенции органов власти и субъекта гражданства.
Поэтому закон об изменении наименования РСФСР приобретает в исследовании самостоятельное значение.
Закон от 25 декабря 1991 года №2094
Речь идёт о Законе РСФСР от 25 декабря 1991 года №2094 «Об изменении наименования государства».
Академия Гражданской Обороны СССР утверждает, что этот акт не получил необходимой государственной регистрации и, следовательно, не мог рассматриваться как надлежащим образом вступивший в силу и применимый.
Кроме того, в лекции ставится вопрос о самой компетенции органов РСФСР изменять наименование государства в сложившихся условиях. Академия связывает этот вопрос с распределением полномочий между республиканскими и общесоюзными структурами, а также с особым периодом, начавшимся 19 августа 1991 года.
В концепции Академии данные обстоятельства не являются второстепенными формальностями. Они затрагивают само основание последующего употребления названия «Российская Федерация» в законодательстве о гражданстве.
Если акт об изменении наименования не обладал необходимой юридической силой, то ссылка на него не способна автоматически легитимировать все дальнейшие изменения.
Поэтому Академия не признаёт сам факт появления нового названия достаточным доказательством возникновения нового института гражданства.
Закон от 17 июня 1993 года №5206: что именно было изменено
Следующий ключевой документ — Закон от 17 июня 1993 года №5206 «О внесении изменений и дополнений в Закон РСФСР о гражданстве».
В лекции особое внимание уделено тому, что посредством этого акта в тексте законодательства о гражданстве слова «Российская Советская Федеративная Социалистическая Республика» и «РСФСР» были заменены на слова «Российская Федерация» в соответствующих падежах.
На первый взгляд такая операция может показаться техническим приведением терминологии в соответствие с новым названием. Однако Академия видит в ней принципиальную правовую проблему.
Изменялся не только отдельный реквизит документа. Менялось обозначение самого субъекта, гражданство которого описывалось законом.
В результате нормы, изначально сформулированные применительно к РСФСР, стали излагаться как нормы о Российской Федерации. Но эта замена не сопровождалась, по позиции Академии, созданием нового самостоятельного механизма приобретения гражданства и доказательством прекращения прежнего статуса.
Иными словами, терминологическая подмена была представлена как решение вопроса, который требовал отдельного правового урегулирования.
Редактирование текста не создаёт правопреемство
Академия проводит принципиальное различие между изменением слов в законе и установлением юридической преемственности между разными наименованиями и статусами.
Для того чтобы норма о гражданстве РСФСР автоматически стала нормой о гражданстве Российской Федерации, недостаточно заменить одно словосочетание другим. Необходимо доказать, что между соответствующими правовыми конструкциями существует непрерывная связь и что такая замена находится в пределах полномочий принявшего акт органа.
Без этого редакторское изменение способно скрыть проблему, но не решить её.
Академия обращает внимание на то, что после замены наименований создаётся внешнее впечатление непрерывности: читатель видит уже знакомое название и воспринимает текст как всегда относившийся к Российской Федерации. Между тем первоначальная формулировка исчезает, а вместе с ней — и возможность непосредственно увидеть момент подмены.
Поэтому, согласно позиции Академии, анализировать такой закон необходимо не только в последующей редакции, но и в исторической последовательности его изменений.
Только сопоставление первоначального и изменённого текстов позволяет установить, какие выводы действительно вытекают из закона, а какие были добавлены последующей редакторской практикой.
Категория «граждане бывшего СССР» как спорная правовая конструкция
В материале Академии отдельно рассматривается формулировка «граждане бывшего СССР», использованная в законодательстве о гражданстве.
Академия считает её юридически проблемной, поскольку она заранее закрепляет представление о Союзе ССР как о «бывшем» государстве и переводит человека в категорию, связанную с уже предполагаемым исчезновением прежней правовой системы.
Однако именно это предположение и требует доказательства.
Выражение «граждане бывшего СССР» не может одновременно использоваться как основание для вывода о прекращении Советского Союза и как доказательство прекращения гражданства его жителей. Такая конструкция подменяет юридический анализ заранее заданной характеристикой.
Кроме того, категория «бывшие граждане» или привязка статуса к «бывшему» государству сама по себе не отвечает на вопрос, когда, каким актом и в отношении какого конкретного человека прекратилось гражданство СССР.
Для Академии эта формулировка не может считаться нейтральной. Она закрепляет определённую версию событий и затем используется для обоснования уже производных административных решений.
Автоматическое признание нового гражданства поставлено под вопрос
Академия последовательно возражает против модели, при которой новый статус возникает у всего населения автоматически — без разграничения правовых оснований и без анализа сохранения прежнего гражданства.
По её позиции, общее нормативное предположение не заменяет индивидуальной правовой связи человека с государством.
Гражданство по рождению и происхождению, сохранение советского статуса и результаты волеизъявления граждан не могут быть отменены простой ссылкой на то, что законодательство впоследствии стало использовать другое наименование.
Переход к новому гражданству требует ответа на несколько обязательных вопросов:
- каким действующим законом был установлен такой переход;
- вступил ли этот закон в силу;
- каким образом учитывалось сохранённое гражданство СССР;
- предусматривалась ли добровольная форма выражения воли человека;
- какие последствия имели использование документов и административная регистрация;
- существовал ли акт, прямо прекращавший прежнее гражданство.
Без ответов на эти вопросы, считает Академия, автоматическое приписывание человеку нового статуса остаётся юридически недоказанным.
Статья 13 и сроки вступления в силу
В лекции изменения 1993 года рассматриваются также в связи со статьёй 13 закона о гражданстве и положениями о вступлении соответствующих норм в силу.
Академия указывает на десятидневный срок после официального опубликования и одновременно возвращается к своему тезису о несоблюдении установленных сроков публикации первоначального закона.
Этот аргумент подчёркивает общую методологию исследования: нельзя применять отдельные положения документа, не установив, приобрёл ли он юридическую силу в целом.
Если первоначальный закон не был надлежащим образом принят, опубликован и введён в действие, последующие поправки не могут автоматически создать недостающую законность задним числом.
Изменение недействующего или не вступившего в силу текста само по себе не превращает его в безусловно действующее правовое основание.
Таким образом, закон №5206 не рассматривается Академией как акт, который устранил первоначальные процедурные проблемы. Напротив, он добавил новую проблему — замену наименования субъекта гражданства без доказанного разрешения вопроса о преемственности статуса.
Территориальная и историческая непрерывность также требует доказательств
Академия дополнительно обращает внимание на отсутствие, в рамках изложенной концепции, необходимых территориальных постановлений и актов, которые обеспечивали бы однозначную правовую связь между различными историческими формами РСФСР и последующим наименованием государства.
Этот довод связан с общим принципом: правовая принадлежность не должна выводиться исключительно из внешнего сходства названий или территориального совпадения.
Для определения субъекта гражданства необходимы нормативные основания. Нужно установить, о каком государственном образовании идёт речь, какие акты закрепляют его преемственность и как эта преемственность влияет на положение конкретного человека.
Поэтому простая последовательность названий «СССР — РСФСР — Российская Федерация» не может заменять анализ документов. Она описывает историческую канву, но сама по себе не доказывает юридическую цепочку приобретения и прекращения гражданства.
Документирование не равнозначно прекращению прежнего статуса
Ещё один важный вывод Академии касается практики выдачи новых документов.
Человек может быть зарегистрирован в новой системе, получить документ установленного образца и использовать его в повседневной жизни. Однако из этого не следует автоматически, что его прежнее гражданство было прекращено в законном порядке.
Документирование фиксирует отношения человека с действующей административной системой. Прекращение гражданства — отдельное юридическое событие, требующее собственных оснований.
Смешение этих процессов, по мнению Академии, позволило представить массовое оформление новых документов как массовую утрату советского гражданства, хотя одно не вытекает из другого.
Академия особо подчёркивает, что использование паспорта или иного удостоверения не обязательно означает осознанный отказ от прежнего статуса. Волю человека нельзя заменить предположением, сделанным на основании его участия в обязательных или практически необходимых процедурах.
Почему период 1991–1993 годов необходимо рассматривать заново
Главный информационный повод публикации — утверждение Академии о том, что переход от советского к российскому гражданству не был юридически завершён одним автоматическим актом.
Вместо единой и бесспорной процедуры Академия видит последовательность проблемных звеньев:
- поставлен под вопрос закон об изменении наименования государства;
- первоначальный закон о гражданстве РСФСР рассматривается как не прошедший необходимую процедуру;
- последующая замена слов «РСФСР» на «Российская Федерация» не создавала нового института гражданства;
- формулировка «граждане бывшего СССР» закрепляла недоказанную посылку;
- административное документирование подменяло анализ прекращения прежнего статуса.
В совокупности эти обстоятельства, по убеждению Академии, не позволяют считать вопрос о гражданстве окончательно решённым.
Новое наименование не создаёт новое гражданство, изменённая редакция закона не доказывает правопреемство, а выдача документа не отменяет прежнюю правовую принадлежность. Каждое из этих явлений должно иметь самостоятельное законное основание.
Именно поэтому Академия Гражданской Обороны СССР призывает вернуться к последовательному анализу 1991–1993 годов. Не к повторению привычной формулы об автоматическом переходе, а к восстановлению всей цепочки актов, процедур и полномочий.
По позиции Академии, только такой анализ способен ответить на главный вопрос: действительно ли советское гражданство было прекращено — или его исчезновение было лишь постулировано через последующую замену названий, текстов и документов.
Материал подготовлен на основе первой части лекции №53 Академии Гражданской Обороны СССР «Гражданство СССР».
