Германский рейх и золото: прослеживаем договоры, трасты и европейские долги. Разбираем основания требований и вопрос о том, кто кому должен. Документальные основания рассматриваемой цепочки расчётов требуют отдельной проверки.
Содержание
«Германский рейх»: прослеживаем цепочку расчётов
За спорами о германском суверенитете открывается ещё одна большая история — история золота, государственных долгов и прав на доходы. Её участники меняют политические формы, заключают соглашения и заявляют о преемственности, но вопрос остаётся конкретным: кому принадлежит право получить имущество и кто обязан рассчитаться? Советский Союз занимает в этой истории положение государства, предъявляющего собственные требования к европейским финансовым обязательствам.
Отправной точкой служит русско-германский добавочный договор от 27 августа 1918 года. Связанные с ним финансово-экономические условия соединяют территориальные вопросы, товарные поставки, нефтяную торговлю и золотые расчёты. Политические договорённости получают выражение в имуществе и обязательствах. Поэтому последующее рассмотрение советских прав требует помнить содержание этих расчётов: из какого соглашения возникло требование и какую встречную обязанность приняла другая сторона.
В этом договорном комплексе германская сторона отказывается от территориальных притязаний и принимает условие выступить военным союзником РСФСР в случае интервенции стран Антанты. Одновременно рассматриваются признание российско-советских прав на Кавказе и в акватории Чёрного моря, а также снятие германского оккупационного статуса на Украине с передачей её войскам РСФСР. Эти положения объясняют, почему финансовые расчёты тесно связаны с территорией и безопасностью государства.
Советская Республика, со своей стороны, принимает обязательства по товарным поставкам. Германия обязуется выкупать 25 процентов добываемой бакинской нефти РСФСР. В том же ряду находится выравнивание отрицательного сальдо российской внешней торговли с Германией за довоенный период. Речь идёт о взаимном расчёте, в котором должны учитываться как поставки и платежи советской стороны, так и встречные германские обязательства.
Отдельное место занимает оценка в 245 тонн российского золота в пользу Германии. Она связывается с правами Николая II как учредителя и выгодоприобретателя траста «Германский рейх». Под трастом здесь понимается имущество и связанные с ним права, переданные в управление; выгодоприобретателем является тот, кому причитаются доходы. Такое различие позволяет увидеть ключевой вопрос: управление имуществом и право получать результат этого управления принадлежат разным участникам.
После образования Союза Советских Социалистических Республик 30 декабря 1922 года права и титулы Николая II в отношении доходов этого траста переходят к Советскому государству. Именно СССР становится единственным выгодоприобретателем. Поэтому советская сторона входит в дальнейшие расчёты со своим самостоятельным правом на доходы. Смена государственного устройства здесь соединяется с переходом имущественного наследия, которое нельзя исключить из последующего рассмотрения обязательств.
Золото и цепочка имущественных требований
Затем германская линия соединяется с польской. Совет Народных Комиссаров использует стоимость советско-германских расчётов для определения стоимости параллельного польского траста «Речь Посполитая». Возникает связанная система требований: права и обязательства, первоначально рассматривавшиеся через германское управление, затрагивают польского участника. Чтобы понять, почему требования обращаются к Польше, необходимо проследить именно эту передачу и взаимный учёт, а не ограничиваться названиями государств.
В основе польского расчёта названы 2 940 тонн золота 999-й пробы — стоимость основного долга без процентов. Эта величина относится к обязательствам, поставленным на учёт германской и советской сторон. Наличие двух сторон учёта сохраняет связь между ними: один и тот же имущественный сюжет рассматривается со стороны Германии и со стороны РСФСР. Поэтому советское требование к Польше становится продолжением более ранних расчётов.
Другой эпизод касается требований об открытии депозитов в европейских и американских банках. Первый взнос обозначен в 200 миллионов долларов США, общий объём — в 4 миллиарда долларов США; с обеспечением связаны 4 тысячи тонн российского золота 999-й пробы. Эти величины относятся к отдельному сюжету о залогах и банковских депозитах. В нём особенно важна судьба переданного обеспечения: где оно учитывается и кому должно быть возвращено.
Разговор о возвращении этого золота связан с Тегераном 1943 года. Сталин напоминает об окончании срока германского траста и требует возврата размещённого обеспечения. Здесь советское участие получает ясный финансовый смысл: государство добивается исполнения обязательств перед собой. Завершение срока управления ставит вопрос о передаче имущества тому, кому принадлежат права на него, а не о бесконечном продлении прежнего порядка распоряжения.
Польское направление приобретает особое значение из-за притязаний на германское имущественное наследие. Вторая Речь Посполитая предъявляет права на имущество и доходы германского траста, связывая их с собственным продолжением. Советский Союз, напротив, сохраняет позицию исключительного выгодоприобретателя. Так спор о преемственности становится спором о вполне определённых активах: какой участник вправе получить доходы и кто может распоряжаться соответствующими обязательствами.
Следующая линия требований связана с затратами СССР на освобождение Польши и её материальное обеспечение. В обращении, отнесённом к 1990 году, советская сторона предлагает подтвердить международные права польской государственности и возместить понесённые расходы с процентами. Названы вооружение, техника, аэродромы и военные городки. За общей формулой о государственном вкладе возникают конкретные виды имущества, которые создавались и передавались при советском участии.
Долги, преемственность и интересы граждан
Величина этого требования обозначена как 26 миллиардов советских рублей, а её золотое выражение — как 193 миллиона тройских унций золота 999-й пробы. Это отдельная оценка затрат, связанных с Польшей. Она показывает масштаб предъявленного требования, но не заменяет разбор его состава: за общей суммой стоят затраты на вооружение и материальные средства. Именно их происхождение связывает финансовый вопрос с советским вкладом в судьбу страны.
В польском вопросе присутствует и другая сторона: кому принадлежат основания самой государственности. Здесь заявляются права русинов как государствообразующей нации Великого княжества Литовского и рассматривается польская претензия на соответствующее наследие. Рижский мирный договор включается в рассуждение о территориальных приобретениях и правах их носителей. Поэтому предъявление финансового счёта сопровождается вопросом о том, на каком основании сторона распоряжается государственным наследием.
Отдельно проходит различие между советским государством, гражданами и партийным руководством. Рассуждение о преемственности РСДРП, КПСС и КПРФ связано с попытками определить получателей доходов прежних имущественных структур. При этом рядовые коммунисты отделяются от решений руководящего аппарата. Для советского требования существенно, чтобы партийная преемственность не подменяла собой принадлежность государственных прав и не меняла получателя доходов без рассмотрения самих оснований.
Не менее существенно разграничение СССР и Российской Федерации. Обязательства, предъявляемые Российской Федерации, не переходят автоматически к Советскому Союзу. СССР сохраняет собственное положение в расчётах, включая права на доходы и возвращаемое имущество. Именно поэтому исторический баланс должен показывать каждого участника отдельно. Иначе государство, предъявляющее требования, рискует оказаться в описании тех же отношений должником по обязательствам, которые отнесены к другому лицу.
Завершает эту цепочку траст «Новый мировой порядок»: Советский Союз выступает его учредителем, а суверенные граждане СССР — единственными выгодоприобретателями. За СССР закрепляется положение контролёра и аудитора через применение Единого торгового кодекса UCC; осуществление этих прав связывается с суверенным советским гражданином. Так определяется адресат доходов конкретного траста. В центре требования оказываются люди, чьё право на получение этих доходов должно сохраняться при дальнейшем рассмотрении расчётов.
Так золотые расчёты раскрывают человеческое содержание большой политики. За тоннами золота, торговыми поставками и длинной цепочкой договоров стоит вопрос о судьбе общего достояния. Советский Союз предъявляет своё право участвовать в его определении и требовать исполнения обязательств перед собой. История государственного наследия продолжается в этом требовании: установить принадлежность имущества, назвать ответственных по долгам и сохранить права советских граждан.
Документ для сопоставления: Договор об окончательном урегулировании в отношении Германии — реестр ООН. Документальный контекст германского урегулирования. Этот документ не устанавливает рассматриваемую цепь трастов, золотых активов и финансовых требований.
Другие материалы по истории и праву: Академия Гражданской Обороны СССР.





































